В начале 2000-х годов автор этой статьи начал работать в составе археологических экспедиций в Северо-Западном Приладожье. Работы проводились неподалеку от города с труднопроизносимым финским названием Лахденпохья (который местные жители ласково называют «Ландоха»)

Тогда, общаясь с местным населением, я услышал множество легенд и рассказов о немецких и итальянских торпедных катерах, подводных лодках и их базах в окрестностях города. Рассказывали и легенду про огромную скалу, якобы разбитую торпедой то ли с катера, то ли с лодки.

Никакой достоверной информации сначала узнать не удалось — в конце Великой Отечественной войны все финское население покинуло окрестности Ладоги, а новые переселенцы из средней России не имели прямого контакта с очевидцами событий, и их рассказы были весьма мифологичны. Но нет дыма без огня - и скоро, прежде всего в Сети, стали появляться материалы о действиях финских, немецких и даже итальянских торпедных катеров, паромов и других военных кораблей на Ладоге в годы Великой Отечественной войны.

Впрочем, не переставали появляться и новые легенды. Якобы группа советских водолазов уничтожила три итальянских быстроходных катера MAS, переброшенные с Ладоги не где-нибудь, а прямо в Стрельне, неподалеку от блокированного Ленинграда. История с ладожскими катерами потихоньку открывалась, и было очень интересно выяснить ее детали.

 

Если начинать с истоков, то по результатам Тартусского мирного договора обе страны, границы которых выходили к Ладоге, советская Россия и Финляндия, не могли иметь на озере военных судов водоизмещением более 100 тонн. По этому поводу немецкими инженерами в Финляндии даже была построена специальная подводная лодка водоизмещением 99 тонн («Саукко» — выдра), так до Ладоги, правда, и не доплывшая. После советско-финской войны 1939 — 1941 годов Ладога стала внутренним водоемом в составе СССР.

Но после начала Великой Отечественной войны и возобновления военных действий с Финляндией финны, прорвавшись к Ладоге, стали создавать военно-морские базы. Естественным образом ими стали уже существовавшие порты: Сортавала и Лахденпохья. Впоследствии были созданы базы еще в Кякисальми (Приозерск) и Сортанлахти (бухта Владимировка).

На Ладогу (в Лахденпохья) в 1942 году был перевезен достаточно пестрый и необычный флот. В первую очередь — так называемые «паромы Зибеля, достаточно необычные мониторы, предназначенные для переправы немецких войск через Ла-Манш. Руководил ими сам автор проекта, подполковник Фриц Зибель. Паромы представляли собой катамаран с платформой посредине, с двумя мощными двигателями - и вооружались мощными 88 мм орудиями, эрликонами, имели бронированные рубки. Для Ладоги это было серьезное оружие. Небольшая осадка (около метра) позволяла подходить к берегу и высаживать десанты, а также страховала от попаданий торпед.

Также были привезены скоростные итальянские катера МАС, вооруженные двумя торпедными аппаратами и 2 мм пулеметами, немецкие минные заградители. Еще на Ладоге действовали до 150 финских военных катеров разнообразных марок и типов.

 

Какие же задачи ставились перед ними? Сначала предполагалось нападать на базы Ладожской флотилии (например, в Морье), но достаточно быстро стало ясно, что для этого не хватает сил. Тогда была принята следующая не вполне ясная формулировка: «после устранения еще имеющихся пробелов в обучении ... попытаться сначала задерживать и расстраивать ночные проникновения русских морских сил в северную и среднюю часть Ладожского озера путем занятия линии сторожевого охранения приблизительно на широте 60° 45', прежде всего при совместных действиях с итальянскими быстроходными торпедными катерами. При благоприятном ходе боя, которого можно ожидать при этом, можно надеяться на ослабление морских сил противника... Как скоро находящиеся налицо и превосходящие как в отношении артиллерии, так и в скорости морские силы противника ... будут уничтожены, дорога будет открыта для нападения на пароходное сообщение ... Ленинграда. Уничтожение упомянутых морских сил должно быть осуществлено воздушными силами при теснейшем сотрудничестве с оперативным штабом Паром-Ост».

То есть дальней целью действительно признавалась попытка прервать сообщение по Дороге жизни, но констатировалось, что основная роль в такой гипотетической операции будет принадлежать военно-воздушным силам.

Чем же реально занималась группировка? Прежде всего - набегами на пункты обороны на берегу Ладоги, стычками с кораблями Ладожской флотилии, высадкой диверсантов. Но каких-либо крупных операций долгое время не проводилось. Одна из причин этого — растянутость береговой линии. До баз и Дороги жизни было банально далеко, что затрудняло создание эффекта внезапности при нападении.

 

Только один эпизод за всю войну можно признать действительно (относительно) крупным -  попытку (сразу скажем: неудачную) захватить остров Сухо в 19 км у южного берега Ладоги. Рукотворный остров с маяком действительно был ключевой точкой и мог бы стать опорой в дальнейшем блокировании пути по Ладоге, но там уже была размещена советская батарея и имелся гарнизон около 100 человек. В октябре было решено напасть на остров и даже (благодаря плохой погоде) удалось добиться внезапности и в начале нападения разбить рацию на острове, высадить десант. Но гарнизон оказал упорное сопротивление и не сдался, принял бой на каменистом куске суши 60 на 90 метров. К тому же рядом были корабли Ладожской флотилии, которые, несмотря на превосходство противника в силе, приняли бой, подняли тревогу и отогнали совместно с авиацией напавших от острова.

Финская версия нападения Сухо сохранилась в выписках из боевых журналов: «О боевых действиях в южной Ладоге 22.10...  Отряд в составе 23 различных паромов, охранение которого обеспечивали три катера MAS, совершил набег на остров Сухо, находясь непрерывно с 6.14 до 15.00 в бою с морскими и воздушными силами противника, а также с береговой обороной Сухо. Во время боевых действий была направлена штурмовая группа на Сухо, личный состав которого был большей частью уничтожен в ближнем бою. С Сухо забрали 5 пленных. В две канлодки имелись попадания, из атакующих самолетов противника сбито в общей сложности 20, из которых на долю Le.R 3 приходится 4 самолета. Наши потери личного состава насчитывают 18 убитых, а также 22 тяжело- и 21 легкораненых. В ходе боевых действий было утрачено 2 легких и 2 тяжелых парома, а также один десантный катер. Из них один легкий паром в связи с высадкой десанта получил прямое попадание, вызвавшее наибольшие потери личного состава. Остальные паромы пришлось по причине их посадки на камни либо по другим причинам подорвать самим».

За этим обтекаемым описанием скрывается признание неуспешности операции — мы не видим ощутимых ее результатов. А цифра потерь советской авиации в 20 самолетов вызывает обоснованные сомнения. В описании советской стороны (оно сохранилось, например, в наградном листе командира батареи ст. лейтенанта И.К Гусева) указывается на 3 подбитых и 3 потопленных судна. Один из паромов был отремонтирован и вошел в состав Ладожской флотилии.

В дальнейшем крупных операций немцами и итальянцами не предпринималось. К тому же документы противника ясно показывают, что на протяжении всех боевых действий и военные базы, и сами корабли подвергались активным атакам советской авиации, не дававшим им возможности развернуть масштабные боевые действия. Вскоре паромы были переданы финской стороне, а немецкие части покинули Ладогу.

Что же до истории с катерами в Стрельне, то и операция водолазов была, и какие-то плавсредства, несомненно, были подорваны, но никаких доказательств перебазирования итальянских катеров в Стрельну или Петергоф представлено не было. А общий учет потерь противника никак не мог обойтись без фиксации таких событий. Видимо, история об участии итальянских катеров в операциях в районе Петергофа все-таки имеет легендарный характер.

О действиях водолазов «ОК-информ» уже рассказывал. Впереди - рассказ о действиях Ладожской флотилии и советских подводных лодок.

Военные тайны Ладоги

Источник: http://ok-inform.ru/