Всеволожские вести

Этой публикацией завершается цикл «Прогулки по Всеволожску», вызвавший, по отзывам, живой интерес у читателей газеты. Возможно, теперь многие люди другими глазами смогут взглянуть на свой родной город, история которого хранит немало интересного, и будут бережнее относиться к сохранившимся осколкам далёкого прошлого – они всё ещё напоминают о днях минувших.

Мы встретились с Мариной Семёновной Ратниковой на перекрёстке Колтушского шоссе и Октябрьского проспекта и направились в сторону Мельничного Ручья по ходу движения старой Ириновской железной дороги – к тому самому месту, где некогда находилась станция Рябово.

После перешивки в 1925 году железной дороги на широкую колею и переноса железнодорожной линии южнее здание вокзала Рябово использовалось как продовольственный магазин, где продавали овощи, фрукты, мясо. Он существовал до перестроечного времени, затем был уничтожен, а на его месте построено новое здание, там сейчас сетевой магазин «Пятерочка».

Через дорогу, напротив бывшей станции, – кирпичный дом, где в советское время работал молочный завод. (Последним директором завода был Василий Николаевич Леонтьев, до этого занимавший должность председателя исполкома. В годы его руководства к 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции, отмечавшейся в 1967 году, был построен кинотеатр «Юбилейный», еще раньше, в 1959 году – Дом культуры и в 1954 году – городская баня). В настоящее время это кирпичное здание используется как жилой дом.

Из примечательных мест проспекта хочется вспомнить дом с мезонином, в котором в 1942 году устроили эвакопункт, на котором, по воспоминаниям старожилов, собирали финнов перед высылкой в Сибирь. Дом не сохранился.

С Октябрьского проспекта сворачиваем на улицу Евграфова. Эта улица названа в честь лётчика первого Гвардейского минно-торпедного авиационного полка Героя Советского Союза Вадима Николаевича Евграфова, погибшего в годы войны, она упирается в Новоладожскую – и мы, наконец, оказываемся на хуторе Ракси, о котором обещали вам рассказать. На самом деле никакого хутора здесь давно уже нет, но название, как это нередко бывает, пережило исторические реалии и широко используется в обиходе местных жителей. Если заглянуть вглубь истории, то можно обнаружить, что хутора, как отдельные домашние хозяйства, начали формироваться на берегу Мельничного ручья, притока Лубьи, в начале прошлого века. Основную часть жителей составляли здесь финны, высланные в 1935–1942 годах по национальному признаку.

Среди депортированных было и семейство Ракси, владевшее хутором близ ручья. Скорее всего, оно находилось в близкородственной связи с семьей ингерманландцев по фамилии Ракси, которая, согласно исследованиям финского ученого Лоухелайнена, жила на территории рябовского прихода в течение двух столетий, с 1721 по 1912 год. Чудом сохранившийся документ 1874 года – жалоба крестьянина Ивана Ракси на Рябовского волостного старшину – является тому подтверждением.

– Дом Ракси (ул. Евграфова, 80), – рассказывает Марина Семеновна, – принадлежал домо­управлению № 1, на первом и втором этажах находились квартиры. Одним из жильцов дома был брат настоятеля Свято-Троицкой церкви Дмитрия Амбарцумова – инженер Владимир Амбарцумов. Жил он там вместе со своей семьей. Я впервые побывала в этом двухэтажном кирпичном доме в 1987 году. Картина, честно говоря, не обрадовала. Старая дренажная система, устроенная бывшим владельцем Иваном Матвеевичем Ракси, по безграмотности исполнителей была полностью разрушена, и вода, которая прежде стекала в ручей, затопила двор. Был залит водой прекрасный погреб, а на первом этаже дома сквозь щели деревянного пола при каждом шаге просачивалась и хлюпала вода.

– По воспоминаниям Гергарда Яковлевича Вокка, рядом с домом был хороший флигель, – рассказывает Марина Семёновна. – Хозяйство у финнов Ракси было большое, они держали коров и имели, если судить по каменному строению, весьма неплохой доход. В первые годы после установления советской власти в доме разместился санаторий Ленинградского обкома КПСС. Стоял он за очень высоким забором. Поваром там была тетка нашей соседки Анны Давыдовны Марохиной, которая всю жизнь работала кассиром в клубе, а ее муж – на кинопередвижке. Супруги вдвоём ездили по всему району с кинофильмами. В тяжелые годы повариха помогла своим родным не умереть с голода – через забор перебрасывала им пирожки, которые выпекались на кухне санатория.

– После 1934 года этот санаторий перевели в усадьбу Гейфеля на озерах Андроново и Симоново. В народе эти озёра называют Ждановскими, а усадьбу Э.Н. Гейфеля – дачей Жданова. Он, кстати, здесь никогда не был, но на этой даче умер Ефим Копелян, известный артист. От дома Гейфеля до станции Мельничный Ручей шёл Гейфелевский (ныне Грибоедовский) проспект.

По адресу ул. Евграфова, 80 сегодня стоит совершенно новый дом, а о доме И.М. Ракси напоминает разве что само место у ручья.

– Но вернёмся к прежнему маршруту – на Октябрьский проспект, – продолжает мой гид. – Мы вспомнили, что здесь раньше работал молокозавод. Сразу за этим зданием находится старинное Рябовское кладбище.

Это совсем рядом, вот уже видны кресты и памятники. По некоторым данным, кладбище существовало уже к моменту постройки станции Рябово – в 1892 году.

– На центральной аллее самая старая могила датируется 1903 годом. Здесь похоронен известный архитектор Оскар Иосифович Тибо-Бриньоль.

Сын академика архитектуры из рода обрусевших французов, выпускник Академии художеств, он служил архитектором Госбанка, возвёл Скальковские ванны в Кисловодске, пальмовые оранжереи в Ботаническом саду Санкт-Петербурга, лютеранскую церковь в Белоострове, а умер 16 июня в своём доме в посёлке Рябово.

Читайте также:  Пульсовцев пригласили на квест волонтеры из "Диалога Поколений"

– К 1907 году относится захоронение государственного служащего Николая Александровича Пономарева, – переходит к другому захоронению М.С. Ратникова. – Видимо, он был одиноким человеком – памятник поставили сослуживцы.

На Рябовском кладбище нашли свой последний приют люди, о которых мы рассказывали в ходе своих долгих прогулок по Всеволожску. Там покоятся Антон Игнатьевич Кяо и его супруга Софья Владиславовна, купцы Хановы, дом которых сохранился на углу Павловской улицы. Есть здесь и могила Матвея Ракси.

Похоронены на кладбище главный врач Всеволожской больницы, всю войну возглавлявший госпиталь, Николай Федорович Иськов и его супруга Елена Ивановна Солосина, вместе с мужем работавшая хирургом в том же военном госпитале.

Фамилия Гучес на памятнике напомнит нашим читателям о том, что он был первым директором Электросетей во Всеволожске. Похоронена на кладбище и мингрельская княжна Кесария Баховна Хветиа, хотя крест с ее именем не сохранился.

Рябовский некрополь приютил купцов, которые сформировали Софийскую улицу, – это Фроловы, Орловы. У Желдыбина очень красивое надгробие – «Разбитое сердце». Его дочь вышла замуж без родительского благословения, а потому разбила его сердце. В 1920 году купец умер, оставив дом, в котором долгие годы, пока не сгорела, находилась Аптека № 1.

Многие старые захоронения заброшены – некому за ними ухаживать. А вот за могилой начальника Всеволожской милиции Павла Васильевича Вахрушева, погибшего при исполнении служебных обязанностей в 1950 году, присматривают сотрудники полиции.

Изучением старинного некрополя никто до сих пор не занимался, а это между тем важная часть жизни нашего города. На Всеволожской начиналась и закончилась жизнь многих местных жителей. Поэтому нам показалось вполне закономерным завершить цикл прогулок посещением Рябовского кладбища и отдать долг памяти тем, кого мы вспоминали в ходе своих пеших экскурсий.

Покорствуя всеобщему закону,

Всё умереть когда-нибудь должно;

Но жизнь одних, как чудное зерно,

Останется в самом процессе тленья

Залогом сил другого поколенья.

Этими строчками из стихотворения русского поэта Ивана Никитина должна была завершиться публикация «Прогулок по Всеволожску», если бы не случай, подтвердивший истину: человек продолжается в своих потомках. Мы начинали экскурсии по нашему городу с рассказа о семействе Всеволожских, когда-то обосновавшемся в этом чудесном пригороде Северной столицы. Спустя долгие годы священные для их потомков места посетил один из представителей этого необычайно разветвлённого рода Андрей Сергеевич Всеволожский со своей семьей. 3 августа они с частным визитом побывали у нас в гостях.

Знакомство с родиной предков началось с посещения Всеволожского государственного историко-краеведческого музея. Марина Семёновна Ратникова провела для гостей из Нормандии экскурсию, а потом мы все вместе отправились в храм Спаса Нерукотворного Образа на Дороге жизни, бывшую домашнюю церковь наших помещиков, которая планировалась как семейная усыпальница и где когда-то покоились последние Всеволожские.

Приятным и совершенно неожиданным завершением этой встречи стало приглашение гостей в частный ресторан на берегу Ладожского озера, последовавшее от его владелицы. Там Всеволожские полюбовались великолепными видами природы и отведали ладожской рыбки.

Отец семейства продолжает традиции своего рода, представители которого всегда тяготели к искусству. Андрей Сергеевич – архитектор, дизайнер интерьера. По-русски говорит хуже, чем его жена Сибилья, поэтому общались мы в основном с ней. Русский язык Сибилья начинала учить в молодости, а когда появились дети, в Париже для них нашли русскую няню, не владевшую французским. Но, как известно, если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе, и пришлось молодой матери совершенствовать свой русский в беседах с няней.

Троих детей родители назвали русскими именами. Таисии 18 лет, Людмиле – 15, Вадиму – восемь. Только старший из сыновей, которому четырнадцать лет, носит имя древнеримского поэта Вергилия.

Таисия поступает в университет, и Всеволожские на домашнем совете решили, что, возможно, не скоро теперь им представится случай выбраться в Россию всей семьей – и на десять дней приехали в Санкт-Петербург. К слову, отец Андрея, Сергей Сергеевич, долгие годы служивший архимандритом в храме Архистратига Михаила в Каннах, дважды приезжал во Всеволожск, в 1995 и в 2005 годах, во второй раз – вместе с женой Татьяной Константиновной. Именно он посоветовал сыну побывать на родине Всеволожских. Андрей Сергеевич и Сибилья согласны: «Это важно – знать историю семьи».

Всеволожск давно стал местом притяжения для многих представителей этого семейства русских аристократов. В разные годы здесь бывали певица Виктория Лямина; Ирина Сергеевна Леонова, родная тётя нашего гостя Андрея Сергеевича, проживавшая в Калифорнии; Владимир Всеволожский из Осло, родственники которого погибли в Бухаресте во времена Чаушеску; и, конечно, российские «отростки» этого огромного разветвлённого семейного древа.

Если верить, что каждое место на земле имеет свои вибрации, сохраняющиеся в памяти поколений, то становится понятной эта неудержимая тяга Всеволожских во Всеволожск – они заряжаются здесь энергией, благодаря которой древний род продолжает существовать и давать новые побеги.

По Всеволожску гуляли Марина РАТНИКОВА и Нина УСТИЧЕВА

Материал читайте на сайте http://vsevvesti.ru/?p=21603

Непрерывная нить жизни | Всеволожские вести онлайн

vsevvesti.ru

Источник информации

Загрузка...
Отставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.